• Регистрация
МультиВход

Как чужому стать своим, а своему не стать чужим

Человеку свойственно делить мир на своих и чужих, а любое проявление социального или национального неблагополучия обостряет реакции этого ряда. Когда человек боится за свой завтрашний день, он весьма подозрительно присматривается к тем, кто может сделать этот день для него тяжёлым.

А если человека уже сегодня на всяком шагу что-то утесняет и раздражает, то завтрашнего дня ждать необязательно.

По образу и подобию Божиему создан всякий человек, вне зависимости от национальности, партийности, общественного положения, взглядов и прочих маркирующих признаков. Именно на этом должно строиться христианское отношение к человеку. Можно верить, что во многих из нас есть желание именно так относиться к другим, к непохожим на нас людям, но всегда ли это у нас получается? Иногда просто не получается совсем.

Конечно, эта проблема – проблема общественного противостояния и определения людей, входящих в некую группу как чужих, то есть заведомо враждебных – непроста. Потому что группа может оказаться враждебной и опасной на самом деле; потому что нам как народу нужно определить свой путь, обрести, как писал Пушкин, самостояние; а для этого необходимо разобраться и в том, что нам чуждо, и в тех, кто чужд. Разобраться, не перестав быть христианами…

Василий (Фазиль) Ирзабеков – природный азербайджанец, получивший русское филологическое образование, в зрелом возрасте сознательно принявший православие, ставший писателем, просветителем, публицистом, решительным защитником Русского мира и русского языка, но не забывший о своём восточном происхождении, показался нам самым подходящим для этой темы собеседником.

 

- Василий Давудович, есть ли для Вас чужие и есть ли те, для кого Вы – чужой?

 

- Я очень стараюсь, чтобы чужих для меня не было. Но искушения случаются.

Я несколько лет работал в университете с иностранными студентами. Это было очень давно, в советское время, когда и Болгария для нас была далекой заграницей, а передо мной были люди из семидесяти девяти стран, всех цветов кожи. И они не были идеальными, конечно, проблемы у нас с ними возникали постоянно. Но я привык к ним относиться с каким-то чувством родства. Может быть, от того, что я понимал – как только я сам пересеку границу их родины, я стану таким же, как они здесь – чужим.

Я советский человек. Москва для меня никогда не была чужим городом. Она была столицей того государства, в котором я вырос, столицей империи. Я сам вырос в Баку, но нашей фамилии в Москве уже пять поколений живет. Первый раз я приехал в Москву девятиклассником, в 1968 году. И влюбился в Москву сразу и навсегда. Она навсегда стала для меня родной.

- Не было случаев, когда вам давали почувствовали себя чужим - в столице империи, или вообще среди русских?

- Русские меня не обижали никогда. Да, никогда. Но я имею в виду сейчас настоящих русских людей. Русский человек – это для меня понятие сакральное, и оно, конечно, шире этнических рамок. Есть удивительное понятие Русский мир – в нем можно родиться нерусским, но стать русским. Природные русские люди составляют, безусловно, костяк этого мира, Русского космоса – без них его бы не было. Именно они наделяют его теми чертами, благодаря которым люди иных культур, иных этносов входят в него и становятся в нем своими, и обогащают его. Таких «нерусских русских» сонмы, а любимый мой из них – создатель «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Даль: русской крови в нем не было ни капли, но именно он язык наш нам сохранил. А преподобномученица Елисавета, одна из любимых русских святых – немка по крови; а святитель Лука Войно-Ясенецкий, поляк, его родители были убежденными католиками, но он – русский святой, исповедник, один из столпов Церкви в безбожные годы. Трудно остановиться, очень много имен еще можно назвать.

Однако можно и наоборот – родиться русским, но в итоге им не стать, не вырасти в настоящего русского. Потому что родиться русским – для этого мало. У меня был студент из Бангладеш, который на ту валюту, которая у него была, покупал на «черном рынке» томики Ахматовой, Мандельштама, Пастернака: в советские годы их невозможно было просто в книжном магазине купить. А сколько есть природных русских или русскоязычных, которым всё это не нужно?

В русскости, как в духовном состоянии, нужно возрастать. Я надеюсь, что возрастаю, потому что с годами чувствую себя все более русским

- Но вы не перестаете быть азербайджанцем при этом. От кого бы ни исходили те уничижительные наименования кавказских и закавказских мигрантов, которые прочно вошли в наш язык — от настоящих или ненастоящих, «недоросших» русских — могут ли они вас не задевать?

- Моя соседка, природная русская женщина, жалуется мне: Василий Давыдович, да что ж такое, кругом одни черные! Меня она черным не считает, заметьте. Откуда пошло это слово – черные? Вы когда-нибудь слышали, чтобы африканцев черными называли? Русский человек – он живет сердцем и доверяет своим ощущениям. И вот, он видит: стоит группа людей, которая отгородилась от всех нас – от Русского мира – стеклянной стеной. Что создает эту стену? Речь, манеры, поведение, поступки. Все это говорит об отсутствии уважения к России, к народу, среди которого они сейчас находятся, к его культуре. От этих людей исходят флюиды – не светлые. И русский человек это чувствует. И отвечает этим словом – черные.

- Но разве все такие?

- Не все. Но ответственность за то отношение к нашим народам, которое формируется в России, должны принять на себя мы все. Я недавно был в Сургуте, выступал там перед студентами. Вхожу в аудиторию, спрашиваю: кто здесь из Дагестана? Оказалось – больше половины. И тогда я стал очень жестко с ними говорить. Я спросил: как вы могли сделать так, что один из красивейших танцев на свете, танец, в котором заложена модель правильного отношения мужчины к женщине – лезгинка – стал вызывать у русских раздражение? Как вы могли сделать так, что ваш родной язык стал восприниматься враждебно в России? Я сказал им, что это они ответственны за то отношение к их народу, которое сложилось у русских. Да, я их, возможно, ругал, но по-отечески, с любовью! При этом рассказывал им об удивительном человеке, горячо мною любимом, почитаемом - великом имаме Шамиле, о котором они – либо знают мало, либо имеют искаженное представление о нем. Это был человек, который воевал с Россией, а потом полюбил ее, дай Бог нам всем любить Россию, как полюбил ее имам Шамиль. Ведь, когда он спросил князя Барятинского – как я могу выразить мою любовь к Государю? – князь ответил: только принять русское подданство, иного пути нет. И тогда имам Шамиль написал письмо, которое впоследствии назовут его духовным завещанием. Когда читаешь его, горло перехватывает, потому что имам пишет – об обретении народами Кавказа «нового дорогого Отечества». Он призывал соплеменников – никогда не ходите войной на Россию. Его, конечно, обвиняли, и обвиняют до сих пор: как же, такой великий воин, имам – и сдался! Но он пожертвовал своей честью, чтобы спасти народы Кавказа.

Мы с вами говорили о том, что можно родиться русским и русским не стать. Как у Игоря Северянина: «Родиться русским – слишком мало/ Им надо быть, им надо стать». Есть сколько угодно природных русских людей, которые ни разу порога Церкви не переступали. А имам Шамиль, когда жил в Калуге – очень хотел присутствовать на русском богослужении, и не мог – догадываетесь, почему? Мусульманин, тем более имам не может на людях снимать головной убор, он должен всегда быть в шапке. А оскорбить нашу веру, войдя в храм в шапке, он тоже не мог. Так представьте же себе, как велико было его желание видеть православное богослужение, если в калужской церкви Георгия Победоносца специально для него сделали наружную пристройку и прорубили окно в храм! Вот какой это был человек! Ему было интересно, чему и как учат детей в русской гимназии. И он ходил по ней, и радовался, как ребенок, в кабинете физики, когда ему показали действие магнита на железные опилки. И очень удивлялся, зачем среди учебных предметов русский язык – они же и так его знают, они же русские!

Я рассказывал этим студентам-дагестанцам об их великом земляке, чтоб дать им пример отношения кавказца к России, к русской культуре. Эти ребята – они разные, конечно, они в большинстве своем хорошие, но я им сказал: расхлёбывать-то в конечном итоге мы все с вами будем. Они были очень довольны, они мне устроили овацию, потом мы с ними ещё долго общались и вместе фотографировались.

Когда мы с женой приняли очень трудное для нас решение навсегда оставить Баку и перебраться в Москву, я впервые столкнулся здесь с этим словосочетанием «лицо кавказской национальности». Конечно, оно меня коробило. Я свою национальность менять не собираюсь. То, что на обложке первой моей книги, которая уже восьмое издание выдерживает – «Тайна русского слова» – есть подзаголовок «заметки нерусского человека» - для меня очень важно. Но, когда один мой земляк начал мне жаловаться: ну что делать в России нам, лицам кавказской национальности? - я ему ответил. И тем ребятам-дагестанцам ответил. И вам сейчас отвечу. Лицу кавказской национальности в России нужно стать личностью кавказской национальности. А для этого надо работать над собой каждый день и каждый день доказывать, что ты – личность кавказской национальности.

- Сойдем все же с национального вопроса, он ведь не единственный, и сегодня, может быть, даже не самый болезненный. Как нам строить отношения с людьми, которые не хотят видеть Россию православной? Как относиться к тем, кто ненавидит Церковь, намеренно ведет с нею информационную войну, поддерживает кощунства? Кому не терпится перенести на нашу почву западные понятия о «толерантности»? Кому, наконец, по известному выражению Столыпина, великие потрясения нужны, а не великая страна?

- Относиться к этим людям нужно с любовью. Но здесь все дело в том, что подразумевать под словом «любовь». В современном обществе под любовью подразумевается некое губошлепство приторное. Все эти валентинки эсэмэски… На самом деле любовь – самая строгая вещь на свете. Вы обратили внимание на то, что наша Церковь никогда не ратовала за отмену смертной казни? Потому что смертная казнь в отношении закоренелого преступника – это акт любви к его душе. Потому что нет ничего страшнее, пагубнее для души человеческой, чем безнаказанность. Потому некоторым людям – как тому благоразумному разбойнику, о котором рассказывает Евангелие от Луки – для того, чтобы войти в Рай, нужно быть распятым. Если бы того разбойника не распяли, он бы по-настоящему погиб - погибла бы его душа. Мы все знаем, что когда-нибудь умрем, но только ситуация неминуемой смерти действительно человека меняет. Люди, никогда не помышлявшие ни о Боге, ни о Церкви просят позвать священника и приносят такое покаяние! И умирают примиренными с Богом. Ведь одно из самых страшных заблуждений гуманизма в том, что человеческая жизнь является главной ценностью и ее надо сохранять любой ценой; что главное – жить как можно дольше. Но, если так рассуждать, вифлеемские младенцы – глубоко несчастные люди. Богу важна не длина нашей жизни, а качество нашей души.

Но, если, все же, не о смертной казни вести речь и не об уголовном наказании, то строгость любви к заблуждающимся должна заключаться – во-первых, в том, чтобы называть вещи своими именами. Заблуждение – заблуждением, преступление – преступлением, порок – пороком. Я перенес семь операций, очень страдал после них, потому что очень тяжело идет этот процесс послеоперационный, но этот хирурги, которые операции делали — они ведь причиняли мне боль для моей же пользы, правда? Таким образом проявлялась их любовь ко мне. А во-вторых, строгая любовь наша должна заключаться в том, чтобы действовать справедливо и главное – не предавать. Ибо сказано: Не давайте святыни псам…(Мф. 7, 6). Действовать, не забывая при этом, что вера наша учит различать грешника и грех, жалея первого и ненавидя второе.

И, конечно же, помнить, что у нет «национальных» страстей, ибо порок, если можно так выразиться, интернационален. В своё время меня поразили слова епископа Никольск-Уссурийского Павла, из «Краткого устава жизни православного христианина», впервые изданного еще в 1915 году: «Все инородцы – наши братья, хотя и не такие близкие, как единоплеменники и единоверцы. Ведь всех Господь Бог сотворил из одной персти (земли), вдунул одну душу, всех венчал одинаковым достоинством, - «малым чем умалив от ангелов» (Пс. 8, 6), и всем людям «желает спастись и в разум истины приити». Поэтому по заповеди Божией мы обязаны всех людей любить и всем делать добро (Гал. 5, 14), даже врагам и ненавидящим нас (Мф. 5, 44). О любви деятельной ко всем ближним: - к инородцам и иноверцам Господь сказал в притче о милосердном самарянине (Лук. 10, 37-37), увещевая нас быть сынами Отца Небесного, который повелевает солнцу сиять над добрыми и злыми, праведными и неправедными (Мф. 5, 45-48). К сожалению, у нас к инородцам и иноверцам далеко не всегда наблюдается доброжелательное отношение, особенно среди простонародья, при чем называют инородцев – «тварями», «погаными», стремятся их унизить, оскорбить, причинить им вред. Поступающие так христиане нарушают заповедь Божию о любви ко всем людям и на свою голову собирают гнев Божий»…

Конечно, нельзя не учитывать, что слова эти были произнесены в совершенно иной демографической и социально-политической ситуации…

 - По сути, вы всё время говорите о преодолении ненависти, о выходе из нее. Но иногда бывает так, что нет выхода. Например, то, что произошло и происходит на Украине, все эти мифические перемирия, в которые уже заранее не верит никто... Где там выход из взаимной ненависти?

- На Украине никакой взаимной ненависти нет. Ненавидит одна сторона, та, что объявила войну Русскому миру. Недавно прочитал в одной газете заголовок «На Украине русские убивают русских». Это неправильный заголовок, его написал человек, который неглубоко понимает эти вещи. Те, кто сейчас там убивает – это не русские люди, нет, невзирая на их фамилии, происхождение, на то, что они говорят по-русски. Мы с вами опять вернулись к началу: человек, не родившийся русским, может русским стать, а родившийся таковым может просто не вырасти в русского, выродиться. Ведь русскость – это не раз и навсегда дарованное состояние. Это некий градус – как температура тела здорового человека. Так вот мы имеем дело с людьми больными. А губительный вирус, которым они заражены, заокеанского происхождения.

Есть такое понятие – полнота русскости. Эта полнота наступает только тогда, когда ты становишься верным чадом Русской Церкви. Вспомним слова героя романа Ф.М. Достоевского «Бесы» Ставрогина: «Атеист не может быть русским. Атеист тотчас же перестаёт быть русским». А там, на Украине, объявлена война языку и вере, и Церкви нашей. Какие же они русские? Но удивляться не надо. Мир всегда шел и идет против Христа и Церкви, происходит только то, что должно происходить, мы же все читали Апокалипсис. Христос сказал: враги человеку – домашние его. Украина – это наши домашние, вот от них-то мы и получили самый болезненный удар. Но тут мы тем паче должны поступать с той любовью, о которой я уже говорил.

- И каким же образом здесь можно проявить любовь?

- А как проявили ее в январе монахи Киево-Печерской Лавры и Десятинного монастыря в Киеве? Они встали цепью между враждующими сторонами на Майдане. Я близко знаю одного из них, это архимандрит Алипий Светличный. Мы переписываемся с ним в фейсбуке, и он очень интересные слова сказал о тех священниках, которые были на Майдане и призывали воевать: «У них какой-то другой «христос». Не с заглавной уже христос, а с прописной буквы. Когда у человека Христос на первом месте, тогда все остальное встает на свои места. Нам надо научиться, наконец, любить Христа, и тогда мы научимся правильно любить врагов. Трезвой, строгой любовью.

- Есть такая любовь к своему — к народу, языку. Родине — которая все иное сразу делает враждебным, как минимум — чужим. Вы — за другую любовь?

- Я не приемлю уранополитизма — есть такое учение, которое противопоставляет Небесное Отечество земной Родине. А коль так, то получается, что христиане не должны привязываться ни к чему земному, в том числе, и Отечеству. Как хорошо сказал об этом Н.В. Гоголь в «Выбранных местах из переписки с друзьями»: «Нужно вспомнить человеку, что он вовсе не материальная скотина, но высокий гражданин высокого небесного гражданства. Покуда он хоть сколько-нибудь не будет жить жизнью небесного гражданства, до тех пор не придёт в порядок и земное гражданство». Но у него же в одном из писем дипломату и духовному писателю А.С. Стурдзе - удивительное прозрение о России: «…Да и вообще Россия всё мне становится ближе и ближе. Кроме свойства родины, есть в ней что-то ещё выше родины, точно как бы это та земля, откуда ближе к родине небесной». И это признание великого русского писателя мне необычайно дорого. Вот и аз, грешный, азербайджанец по рождению, дерзаю вторить столь любимому мною малороссиянину – в России Бог ближе.

И в самом деле, человек, не сумевший полюбить собственных родителей жертвенной любовью, сможет ли с любовью и уважением отнестись к чужим отцу и матери?

С возрастом те черты, которые действительно не украшают азербайджанский народ, стали для меня еще более неприемлемы, но вместе с тем так ясно обозначилось все хорошее, что есть в моем народе. Так что мое возрастание в русскости пошло только на пользу моей любви к Азербайджану. Русскость – это очищающее, это вселенское понятие. Когда человек возрастает в русскости – он уподобляется ракете, выходящей в космос: биологическая ступень отваливается первой. Потому что если цепляться за биологическое, то как далеко от нас окажутся наши святые!

Святитель Лука Крымский, (ему как святому были, наверное, открыты какие-то тайны, хотя он об этом не говорил открыто – но иногда у него это как-то прорывалось) - в проповеди своей, произнесенной в 1949 году, говорил, обращаясь к тем, кто спасется: когда мы окажемся в Царстве Небесном, мы увидим, как нам навстречу в долину с холмов спускаются патриархи, мученики, преподобные, а впереди всех – святитель Николай, архиепископ Мир Ликийских. Вот кто будет встречать русских людей в Царстве Божием – грек, родившийся в Малой Азии за полтысячелетия до того, как Русь крестилась. Вы знаете более русского святого, чем он?

В моем бакинском детстве мы часто ходили в гости к нашим русским соседям, друзьям, и едва ли не в каждом доме была бабушка. Удивительные эти бабушки советской власти будто и не замечали, жили в своем мире: ходили в церковь, молились, на Пасху пекли куличи. И у каждой непременно была иконка Николая Чудотворца, Николы Угодника, как они его называли. Я не мог сомневаться, что Никола — это русский человек. И тем самым уже тогда, в детстве, соприкоснулся с тайной русскости, о которой у Ф.М. Достоевского сказано, что русский человек – это «вселенский человек».

Вот ещё о чём не могу не сказать. Сегодня столько мути поднимается на наших глазах, столько демагогии бесстыдной, столько обвинений против Отечества нашего. Начиная от сетований в связи с утратой возможности поглощать сыры элитных сортов и вплоть до утверждений о том, что «в этой стране», как называют Россию некоторые из её граждан, жить невозможно. Хотело бы привести отрывок из удивительного рассказа прот. Ярослава Шипова «Уездный чудотворец». Напомню, в этом эпизоде молодой барин, устрашённый надвигающейся смутой, зовёт с собою в Париж деревенского фельдшера Ивана Фомича с со всею его семьёй, зная не понаслышке о его удивительных способностях излечивать людей. «Я назначу хорошее жалованье, говорит он. - Вы совсем не то, что эти бездушные городские доктора…» Фельдшер выслушал, за доверие поблагодарил, а потом и отвечает молодому барину: «Это немыслимое дело». «Вы же нищий здесь, а там озолотитесь», - возражает тот. Иван Фомич даже растерялся, услышав такую, по его мнению, несусветную глупость от образованного человека: «Как же можно? Да за право жить здесь и заплатить можно». А барин снова: «Если б жить, а то страдать, мучиться, терпеть издевательства, а потом погибнуть какой-нибудь пустой, нелепой смертью». «За право умереть здесь, - отвечает старый фельдшер, - тем более заплатить следует».

Разве ж это не счастье – жить и умереть в России. А умереть за Россию – это ещё и награда. Для меня это так понятно, так очевидно. Вы честно спросили – я честно ответил.


Беседовала Марина Бирюкова

Опубликовано в журнале "Православие и современность" № 32 (48)

 

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.
Живое слово
Фотогалерея
Яндекс.Метрика