• Регистрация
МультиВход

Церковно–исторические труды архиепископа Владимира (Алявдина)

История, вне всякого сомнения, является одной из главных наук, влияющих на формирование мировоззрения человека. С религиозной точки зрения, осмысление истории является не механическим собиранием фактов, дат и имён и обобщением процессов, а поиском в этих явлениях глубинного  нравственного смысла. Не случайно в Библии вероучение излагается на широком историческом фоне, а изучение истории как  священной, так и отечественной во все  времена являлось неотъемлемой частью религиозного  образования.

Во Владимирской Духовной Семинарии в 1749-1918 гг. существовала мощная историческая школа, причём сложившаяся за ничтожный промежуток времени – 20-30 лет (обычно в условиях современного вуза научное направление складывается, как минимум, в течение 50-60 лет). Эта школа имела, в первую очередь, ярко выраженный краеведческий профиль (в течение всего дореволюционного периода Семинария была главным центром краеведческих исследований, а крупные краеведы,  как правило, выходили из её стен), но особенность синодального периода заключалась в том, что не все выпускники Семинарий оставались после окончания обучения в родных краях, волевым решением начальства каждый из них мог быть направлен в любую, даже самую отдаленную епархию. Но и там в их деятельности ярко проявился краеведческий характер исторической школы Владимирской Духовной Семинарии – не став владимирскими краеведами, многие из её выпускников стали летописцами других мест, ставших для них второй родиной. Именно такой жизненный путь был уготован архиепископу Владимиру (Алявдину), выпускнику Владимирской Духовной Семинарии, родившемуся в 1781 г. в г. Владимире, в семье священника Успенского Княгинина монастыря. После окончания Семинарии он продолжил образование в Москве, и больше ему уже было не суждено вернуться в родной город. Приняв в 1827 г. монашество (вероятно, пройдя этап приходского служения), он через восемь лет был возведен в сан епископа, поочередно занимая несколько кафедр. Наиболее плодотворными были последние три года, проведенные архиепископом Владимиром в Тобольске, где он и скончался 20 мая 1845 г. В этот период им были написаны главные церковно-исторические труды, сегодня основательно позабытые, но не утратившие своей ценности.

          Первой из его исторических книг было «Описание Киевского - Златоверхомихайловского монастыря со сказаниями о мощах и жизни великомученицы Варвары», задуманное, и, по всей видимости, начатое архиепископом Владимиром в бытность его викарием Киевской епархии с титулом «Чигиринский» (1835-1836). Этот монастырь, полностью уничтоженный в 1930-х гг. относился к числу древнейших: в 1108 г. киевский князь Святополк II заложил на этом месте церковь в честь Михаила Архангела (в крещении князь носил имя Михаил). Своё название монастырь получил из-за того, что его главный - храм единственный из всех киевских церквей - имел позолоченный купол. Так заимствованный из Византии церковный устав предписывал выделять храмы в честь Господних праздников и кафедральные соборы, но, помимо соблюдения чисто уставной формальности, это служило указанием на особый  дворцовый статус монастыря. Наряду с Киево-Печерской Лаврой и Выдубицким монастырём, Михайловский Златоверхий  монастырь был важнейшим духовным и культурным центром Киевской Руси, сыграл важную роль в развитии древнерусской культуры и книжности. Пережив два разорения монголотатарами и захват униатами, в синодальный период этот монастырь получил за свои исторические заслуги особый статус церковного управления -  во главе его стоял викарный епископ Чигиринский. К этому времени Златоверхий монастырь был мощным хозяйством – к нему был приписан крупный загородный скит Феофания, общая численность монахов насчитывала более трёхсот человек. Главной святыней монастыря были мощи св. великомученицы Варвары, привезённые в Киев женой князя Святополка II  византийской царевной Варварой, после чего почитание этой святой широко распространилось по Руси. Долгое время монастырь являлся резиденцией киевских митрополитов, и в связи со всеми этими обстоятельствами его драматическая история, несомненно, была важна для всей Русской Церкви.

          Жанр исторического описания монастыря был широко распространён в церковно-исторической литературе конца XVIII - начала XIX в., он использовался как в учебных работах студентов  Семинарий и Академий, так и  в трудах видных представителей академической профессуры. Актуальность этой темы была во многом обусловлена сокрушительным ударом, нанесённым по русскому монашеству в годы реформ Петра I и Екатерины II. Поскольку монашество в России XIX в., в основном развивалось в нескольких крупных духовных центров (Саровская и Оптина пустыни и ряд других), в стране ощущалась нехватка аскетического духовного опыта. Эту нехватку отчасти могло удовлетворить обращение к истории русского монашества – этим,  помимо обстоятельств личной судьбы, объясняется обращение архиепископа Владимира к делам давно минувших дней.

          Но, несмотря на обилие изданных в это время церковно-исторических трудов с похожей тематикой, книга архиепископа Владимира (Алявдина) не затерялась на их фоне, отличаясь оригинальным подходом к материалу. В ходе работы над книгой автором было изучено большое количество летописных источников, цитаты из которых органично вплетены в  основной текст – учитывая, что ряд источников до нашего времени не сохранился,  книга архиепископа Владимира, несомненно, имеет ценность не только для своей эпохи, но и для нашего времени. История отдельного, хотя и одного из самых крупных и древних монастырей на Руси, осмысляется в этой книге с богословской и философской точки зрения, как отражение трагической многовековой истории страны и Церкви. Незамысловатость темы этого исследования преследует, помимо всего прочего,  педагогическую цель, создавая своеобразный эталон для студенческих исследовательских работ.

Оказавшись в Сибири, архиепископ Владимир был верен себе, обратившись к другому, не менее распространенному жанру церковно-исторической литературы того времени - биографическому. В Тобольске вышла в свет книга «Жизнеописание Владыки Иннокентия», получившая гораздо большую известность, чем предыдущая. Это было связано с тем, что с начала XIX в. резко активизировалась миссионерская деятельность Православной Церкви в Сибири, чему в немалой степени способствовала канонизация в 1804 г. одного из видных миссионеров, основателя Иркутской епархии Иннокентия (Кульчицкого). Ко времени прибытия в Сибирь архиепископа Владимира и написания им книги об Иннокентии Иркутском Тобольск был одним из главных миссионерских центров Русской Православной Церкви: отсюда в 1689 г. по распоряжению митрополита Павла (в прошлом наместника Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря) отправились в Забайкалье первые миссионеры. Действовавшая в Тобольске Духовная Семинария изначально имела миссионерский характер, первой в России включила в свои учебные планы восточные языки (одним из её лучших выпускников был «апостол Алтая» митрополит Макарий (Невский) – уроженец с. Шапкино Ковровского уезда Владимирской губернии). Но становление Тобольской Духовной Семинарии как центра христианского просвещения Сибири было бы невозможно без исследовательских трудов ещё одного уроженца Владимирской земли – архиепископа Владимира (Алявдина). Деятельность увековеченного им епископа Иннокентия не ограничивалась рамками Церкви, но имела важное значение и для светской науки: первоначально он был назначен начальником Духовной Миссии Русской Православной Церкви в Китае, но не смог выехать в Пекин из-за препятствий политического характера. Но от задачи православного  миссионерства в Китае решено было не отказываться: в созданной епископом Иннокентием Духовной Семинарии, прообразом которой послужила Тобольская, были заложены традиции отечественного востоковедения, написаны важнейшие труды по сравнительному богословию, лингвистике и этнографии, подготовлены выдающиеся миссионеры, самым крупным из которых стал Иннокентий (Вениаминов), митрополит Московский, названный в честь основателя Иркутской епархии. Перед архиепископом Владимиром (Алявдиным) как биографом свт. Иннокентия Иркутского стояла нелёгкая задача – отразить многогранный образ просветителя Сибири, не упустив ни одной важной детали, сделав жизнеописание понятным и привлекательным как для людей образованных, так  и для людей простых, почитающих Иннокентия Иркутского не как высочайший образец книжной образованности, но лишь как одного из святых, упоминаемых в святцах. Как и в работе над первой книгой, преследовал архиепископ Владимир и воспитательную цель  - его книга должна была представлять собой не только образец скрупулезного научного поиска, но и нравственный пример для тех, кому предстояло посвятить свою жизнь продолжению дела епископа Иннокентия. С этими задачами выпускник Владимирской Духовной Семинарии справился блестяще – «Жизнеописание Владыки Иннокентия» стало одним из наиболее значительных произведений церковно-исторической литературы своего времени. Современники архиепископа Владимира (Алявдина) отмечали не только добротность и глубину проведенных им исследований, но и яркий, оригинальный стиль – его книги с равным успехом можно было отнести как к научным исследованиям, так и к религиозно-нравоучительной литературе. Талант историка и оставшаяся за плечами историческая школа Владимирской Духовной Семинарии наглядно проявилась не только в собственно исторических трудах архиепископа Владимира (Алявдина), но и в его проповедях, объединенных в сборник и изданных в Тобольске. К  проповедям добавлен месяцеслов – проповеди, как правило, посвящены различным христианским святым, жившим в разные эпохи, и отличаются глубоким историзмом – архиепископ Владимир проводил яркие,  запоминающиеся параллели между историческими событиями и эпохой, в которую жил сам, находя в истории глубокий нравственный смысл. В своих исторических трудах посланец Владимира на далекой сибирской земле в полной мере осуществил предназначение церковного историка – раскрыл назидательное значение как церковной, так и гражданской истории, закономерность исторических событий и процессов, их связь с нравственным состоянием общества и отдельных людей. Несколько книг, изданных в провинции, не отличавшихся количеством тиража и богатством оформления, оказали влияние на развитие церковно-исторической науки в XIX в. Написанные на заре эпохи митрополита Филарета (Дроздова), они стали не только ее хронологическим, но и научно-методическим началом. К середине XIX в. завершился важный этап в развитии духовного образования в России – даже в учебных студенческих работах ощущалось желание уйти от стандарта и рутины, найти новые темы и новые направления церковно-исторических исследований. Слова, сказанные архиепископом Владимиром (Алявдиным) в защиту русского монашества,  оказали далеко не самое последнее влияние на развитие уникального явления в русской культуре XIX в. – учёного монашества филаретовской эпохи. Она, в свою очередь, продвинулась намного дальше по пути, проторенному трудами архиепископа Владимира и многочисленных церковных историков, выпускников провинциальных Духовных Семинарий, в том числе и Владимирской, охвативших своими исследованиями едва ли не все монастыри России, существовавшие в тот момент или закрытые в период политики секуляризации. В середине XIX в. церковно-историческая наука, досконально изучив многочисленные исторические очерки отдельных монастырей и жизнеописания церковных деятелей, сыгравших важную роль в религиозном, политическом и экономическом развитии отдельных регионов страны, приступила к этапу обобщения собранных сведений: книги и статьи, подобные трудам архиепископа Владимира (Алявдина), других выпускников Духовных Семинарий, которые после завершения образования  не оказались в далеких землях, а прожили свою жизнь в родных пределах, отдав её изучению истории родного края, составили фактологическую основу для трудов таких видных церковных историков, как митрополит Макарий (Булгаков) и архимандрит Леонид (Кавелин), П.Ф. Каптерев, Н.И. Субботин и др. и, несомненно, эти труды интересны сами по себе, поскольку возводят на самую высокую ступень значение церковно-исторического краеведения. 

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.
Живое слово
Фотогалерея
Яндекс.Метрика