• Регистрация
МультиВход

Суп-лентяйка

Катьку пригласили в ресторан. От испуга, а точнее от неожиданности, она согласилась.

Но чем ближе было назначенное время, тем сильнее она сомневалась.  Нет, не то, чтобы Катька не хотела идти, очень даже наоборот, хотела. Мечтала! Но перед ней встала неразрешимая проблема: что надеть?

       Униформа, из которой Катька практически не вылезала весь последний год учёбы в колледже, для этого мероприятия явно не годилась. И джинсы были слишком потёрты, и кофточка слишком синяя. Она окинула взглядом то, что висело в шкафу, и вздохнула. Всё было мило, удобно и любимо, но для ресторана…

      К слову сказать, если бы объявили в городе конкурс под лирическим названием:  «Обезобразь себя до неузнаваемости», Катька победила бы безоговорочно с недосягаемым для соперниц отрывом. Девчонки из группы поначалу  пытались хоть как-то  на неё повлиять: подшучивали, поддразнивали, потом откровенно издевались. Напрасно! Уж какой там сдвиг произошёл у Катьки в голове, сказать трудно, но она всерьёз верила в то, что однажды Он (единственный) узнает её, выделит в толпе не из-за смазливой мордашки и упакованной в «фирму» фигурки, а заглянув в глаза и увидев там её прекрасную неординарную душу. Потому, даже не осознавая, что делает, прятала себя понадёжнее. Ничего яркого, притягивающего в одежде. Минимум косметики. Даже волосы, каштановые, потрясающе красивые, она  старательно зачёсывала и заплетала в длинную косу, оставляя вольной лишь редкую чёлку, едва прикрывающую крутой высокий лоб. А ведь если бы подойти к этому с другой стороны, получилось бы нечто необыкновенное. Не Катька, серость мышиная, а Екатерина – царица великодержавная. И тогда…,  с высоты трона… Но ей не хотелось методом проб и ошибок. Ей хотелось сразу и навсегда.

        Времени на всякую ерунду у Катьки не было. Нужно было учиться, что она и делала с удовольствием, и работать, чтобы не сидеть на шее у родителей. И не только поэтому. Катька искренне любила свою будущую профессию: и запах хлорки, и крошечных, пищащих младенцев на руках акушерки, и их измученных, улыбающихся сквозь слёзы, матерей. Потому швабра и длинные больничные коридоры, которые  она мыла по ночам, клизмы, вменённые ей в обязанность и загаженные после них туалеты, которые ей же приходилось убирать, не унижали её достоинства, а добавляли опыта на пути к совершенству.

      Катька ещё немного подумала. Отодвинула единственную подходящую крепдешиновую блузочку и одела серое, в косую полоску, шерстяное платье.  Чуть гуще, чем обычно, подкрасила ресницы, переплела косу и стала ждать звонка.

     Её немного смущало ещё и то, что идти придётся одной. Маша неделю назад уехала в Урушу. Кто её знает, где эта Уруша Сковородинского района,  но там был Валерка, и поэтому лучшей Катькиной подруге просто нечего было здесь делать. Утешало одно: Сашка – брат Маши, Серёжка – мужчина, любящий Машу; знает она их лет сто, и в ресторан идёт с одной целью - вкусно поесть. А вот зачем они её пригласили, совершенно непонятно.

     Через полчаса, выйдя из троллейбуса в центре  Владимира, Катька, натягивая плотнее шапку на уши (дул ледяной ветер), не выдержала и спросила:

   - Кто-нибудь может мне объяснить, зачем вы вытащили меня из дома в такой холод?

    -Катюша! Должен же кто-то украсить нашу мужскую компанию! - засмеялся Серёжка.

   - И потом, мы хоть посидим спокойно.

   - Ясно! - подумала Катька. – Меня взяли в качество «крыши», защита от посягательств особ женского пола. Ну и ладно! Зато поем как человек.

    При мысли о еде у неё так защемило желудок, что Катька замедлила шаг и согнулась. Она уже привыкла к полуголодному существованию, еде всухомятку, перекусам наскоро. Готовить успевала не всегда, а сегодня ей вообще достался только пирожок с компотом, и то утром.

     Катька безумно хотела есть. В ресторан она шла впервые и, несмотря на внешнее спокойствие, страшно волновалась.

      Выбирая из обилия подобных заведений в Старом Городе, мужики остановились на самом дорогом и престижном, видимо, в припадке щедрости, решив сразить  Катьку наповал.

     Они разделись, прошли в небольшой, отделанный под дерево, зал и сели за столик в углу. Ей все здесь нравилось: и приглушенный свет, и множество зеркал, и витиеватые резные орнаменты. Было уютно. Ненавязчиво звучала музыка.

   - Катюша, ты что будешь? – Сергей протянул меню.

    - Нет! Заказывай сам. Я всё равно не умею.

   Подали закуски. Мужики выпили и, не прерывая разговора, медленно стали жевать.

     Сашка приехал в отпуск  к родителям вчера. После военного училища его  распределили куда-то на Украину,  и дома  он бывал редко. Машу, естественно, не застал.

 И теперь Серёжка рассказывал ему душещипательную историю Машиного отъезда в своей,  естественно, интерпретации.     

     Катька тоже старалась есть медленно. Долго лениво жевала маленькие бутербродики, с удовольствием запивая их соком.

    Разбор Валеркиных недостатков занял много больше времени, нежели ушло на закуски. Катькин желудок удовлетворённо переваривал съеденное, а потому Серёжкино нытьё она слушала  вполуха. Столько раз они с Машей говорили об этом, что Катька почти дословно знала, что Сергей сейчас скажет. Сашка изредка поддакивал и кивал.

   - Нет, ты представляешь, Саш, и после этого, она  все-таки,  уехала. Она меня бросила!...

    «Бред какой-то! Вот дурак! - думала Катька. - Почему Маша не может? Она же к мужу уехала! Что же ей, всю жизнь тебя нянчить, что ли? Любишь ты её? И что?! А она Лерку любит!»

   Последнюю фразу Катька чуть было не произнесла вслух, но вовремя прикусила язык.

Её заботило другое: пользоваться ножом и вилкой она умела, но так как нигде, кроме дома, не практиковалась, то сомневалась, правильно ли? Выход из положения она нашла, решив, что есть будет так же и то же, что и Сергей. По времени пора было продолжить ужин. Давно пора. Но делать это никто не торопился. Мужики сидели над пустыми тарелками, явно забыв о еде. Заказать что-то самостоятельно  у Катьки не хватало смелости.

    Вошедшая в зал экстравагантная девица с кавалером сразу привлекла её внимание. Они сели за соседний столик. Остро отточенным ярким ноготком девица указывала на строчки меню и что-то весело щебетала.

    Смотреть в упор было неудобно и Катька наблюдала за ней украдкой. Бутербродики переварились. Желудок снова взбунтовался, справедливо разозлившись за обман.

    - Ой, Катюша, мы тут совсем  тебя забыли за разговорами, - опомнился Сашка.

    -Может, ты чего поешь?

    - Да нет, спасибо. Я не голодная.

     А рядом, смелая и красивая, от разговоров перешла к делу. Куча тарелок образовала на столе своеобразный натюрморт. Видно было, что у дамы здоровый, не закомплексованный аппетит. Ела она с наслаждением, смакуя каждый кусочек, сопровождая процесс киношным опусканием ресниц и восторженным аханьем.

    Катька поняла, что смотреть на это без содрогания не может, и отвернулась.

В ресторане они просидели около пяти часов. Катька не единожды помянула недобрым словом свою дремучую глупость, Машу, Сковородинск, сопливою Серёжкину любовь в сорок лет и искреннее Сашкино сострадание. Хорошо ещё, что перед уходом выпили по чашке кофе.

    Дома Катька скинула на пол в коридоре тяжёлую искусственную шубу и помчалась на кухню. Пока закипала вода в маленькой кастрюльке, она съела скибку чёрного хлеба с подсолнечным маслом, послушала через стенку новости (в зале работал телевизор), потом заварила суп из пакетика «Вермишелевый с овощами», который у неё в семье назывался «Лентяйка» именно за то, что готовился быстро и без затей.

  Когда, обжигаясь, она стала есть, в кухню вошла баба Тая (у неё Катька снимала комнату).

     - Катя, ты что?!

      -Суп ем, баб Тая.

      - Так ты же в ресторане была! - она посмотрела на Катьку, как на сумасшедшую.

      - Была...

    Так и не успевший остыть суп был съеден за пять минут.  Никогда в жизни он не был таким вкусным! В душе у Катьки воцарились мир и покой.

«Ладно, в другой раз буду умнее, закажу всё, что понравится», - решила она.

    Но следующего раза как-то не представилось. Той же компанией больше не совпали. Сашка остался на Украине. Сергей открыл  бесконечный счёт своим женитьбам по любви.  Катька закончила учёбу и уехала работать в деревню. Конечно, она могла теперь и самостоятельно сходить в ресторан, но, увы,  деревня есть деревня, там даже кафе не было. А Маша с Валерой через год вернулись во Владимир, и это, последнее, радовало Катьку несказанно.

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.
Живое слово
Фотогалерея
Яндекс.Метрика