• Регистрация
МультиВход

Жизнь вечная (Авантюрно-философская повесть) День 9-й

Аляска.   Лаборатория Билла.   День девятый.

       Спал очень плохо,  всю ночь ворочался на диване под жёстким пледом.   А тут ещё такой жуткий сон приснился!  Будто захожу я в холл, чтобы  посмотреть на рыбок,  но вместо них,  вижу вверху утопленную старуху.  Она прильнула к куполу  и смотрит на меня через стекло обезумевшими глазами.   Я оцепенел!

       А она,  вдруг признав меня,  ощерилась своим беззубым ртом и начала яростно стучать кулаками в купол.  По стеклу во все стороны  начинают струйками бежать трещины.  Сначала мелкие,  а потом всё более крупные  в виде молний.  Стекло вот-вот окончательно треснет – надо бежать,  но ноги точно приросли к полу.  И вот всё это со страшным   грохотом  обрушивается на меня,  сбивает на пол,  потом окатывает ледяной водой,  перемешанной с осколками стекла.  А в довершение – сверху набрасывается бесноватая старуха!   Она впивается мне в горло своими костлявыми фалангами и истошно верещит: «Ты лжёшь!  Ты не папа!  Не папа ты  мне!»

 

       Ну как,  друзья,  по вкусу вам такая ночная фантазия?  Вот и мне – нет.  Чушь всё это!   Впереди – страхи реальные.  Главное,  что предстоит пережить  ещё впереди.  И это главное гораздо страшнее!

 

       В лабораторию я пришёл вместе с Еленой Михайловной.  Билл сидел в кресле  и нетерпеливо постукивал костяшками пальцев по крышке стола.

 

   - Радуйся,  Владик!  Приготовил я тебе обещанный препарат.  А  вы,  Елена Михайловна,  что пришли?  Тоже решили снять с себя бремя бессмертия?  Не жалко будет красоту такую терять?  Ведь знаете по себе,  как бежит время.  Не успеете оглянуться,  как снова станете дряхлой и никому не нужной!  Сбил вас неразумный соотечественник  с вечного пути!  Потом будете жалеть.  Ну да,  будь по-вашему!  Вольному – воля!  Так у вас,  кажется,  говорят?

 

       В углу с резиновым жгутом в руке понуро стоял  доктор Алекс.

 

    Профессор достал из лотка небольшой шприц,  и с улыбкой предложил мне присесть.  В его улыбке я уловил нечто омерзительно-хищное. 

        Я стоя расстегнул манжет на рукаве и,  закатывая рукав,  поднял руку.  Затем быстро схватил стоящий на сейфе кофейник, и ударил профессора по голове.  Удар пришёлся в самое темечко: Билл рухнул,  как подстреленный.  Похоже, что он даже не успел ничего понять.

 

    - Мистер Владик,  что вы делаете?  – пролепетал доктор.

 

    - Ничего!  Он скоро очухается.  Помогите лучше его поднять!

 

       Мы положили профессора на кушетку.  Я нащупал в его куртке массивный ключ и открыл сейф.

 

    - Доктор,  вы говорили,  что в сейфе есть корректирующий препарат.  Достаньте его.

 

       Порывшись в сейфе,  доктор достал две ампулы.  Он набрал шприц и стал мне вводить лекарство в вену.

 

    - Да не тряситесь вы так,  доктор!  Вы мне вену порвёте!

 

       Такой же укол он сделал Елене Михайловне.  Я вздохнул с явным облегчением –  впереди забрезжила надежда.  Скоро мы будем на свободе.  На свободе!

 

    - А теперь,  доктор,  достаньте ампулу с «ноугранулином-плюс-супер».

 

    - Это зачем?  Такой препарат мы больше не используем!  Он не поддаётся коррекции!

 

    - Делайте то,  что вам говорят!  Так надо,  доктор Алекс!

 

       Алекс,  в недоумении,  достал из сейфа большую ампулу.

 

    - Сейчас вы введёте этот препарат профессору.

 

    - Нет!  Я больше не хочу никого убивать!  Тут двойная доза,  поймите!  Это же конец!  За три дня он превратится в полную развалину.

 

     - А вы хотите,  чтобы он подольше помучился?  Как та девочка?   За это время  этот монстр обязательно что-нибудь придумает.  Этот гад  чрезвычайно талантлив.  Вводите препарат!

 

       Доктор,  немного поколебавшись,  набрал полный шприц и сделал укол профессору.  Потом  поднёс к  лицу ватку с нашатырём и похлопал его по щекам.  Билл судорожно вздохнул и сел на край кушетки.  Он недоумённо посмотрел на Алекса:

 

    - Что это со мной?  Приступ?  Я  внезапно  провалился  в темноту.

 

       Я показал профессору на лежащий у его ног кофейник.

 

    - Это я проводил тебя в темноту,  Линза!  И кого ты там встретил?  Может,  бездомного Даниеля Кинга,  которого ты отправил на тот свет?  Или Саманту Нельсон,  что вчера умерла от старости,  и сейчас покоится на дне озера?  Кстати,  она мне приснилась сегодня.  А тебя кошмары не мучают?

 

       Билл попытался встать,  но схватился за голову и застонал.  Потом повернулся к доктору:

 

    - Алекс,  это ты всё рассказал?  А я тебе так доверял!  Зачем ты это сделал,  Алекс?  Ты же подписал себе смертный приговор!

 

       Потом посмотрел на Елену Михайловну:

 

     - Этот бездомный был обречён.  Он бы всё равно умер.  А так,  умер не зря – послужил науке!  Девочка же эта…

 

       Тут  он увидел  лежащую на кушетке пустую ампулу,  посмотрел её маркировку и неуверенно продолжил: «Так,  что  «не судите о книге по её обложке! » - так у нас говорят в Америке.  В серых глазах его  вдруг  мелькнула жуткая догадка.  Он резко поднял рукав  рубашки,  посмотрел на изгиб руки  и мгновенно стал бледный,  как стена.

 

    - А в России говорят: «Не рой другому яму – попадёшь в неё сам!» Слышал такую поговорку,  Линза?

 

    - Да  вы же меня убили!  Убили! ! !  Что вы сделали со мной?!   И это на пороге таких великих свершений!

 

    - Вот и ты,  Линза,  получил свою инъекцию!  И по заслугам получил!  Не надо было тебе с русскими связываться.  Мы,  народ непредсказуемый.  Варвары,  одним словом!  Так,  быстро мне пульт от входной двери!   Быстро!

 

       Профессор  даже не шевельнулся,  -  его взгляд был прикован к пустой ампуле.   Так мог смотреть только смертельно раненый человек на пустую гильзу.  Он был в полной прострации.  Встрепенувшись,  он медленно открыл ящик стола и протянул пульт.

 

       Мы вышли с Еленой Михайловной в коридор.

 

    - Лена,  подождёшь меня на улице  у входа.  А я тем временем  уничтожу всю документацию из компьютера,  а также ампулы из сейфа.  И прихвачу с собой доктора.

 

       Я протянул пульт к входной двери и нажал кнопку.  Дверь не открывалась.

 

     - Что-то не открывается,  сейчас посмотрю.  Да в нём батареек нет!  Этот гад подсунул мне какой-то другой пульт!  Ну,  сейчас я с ним разберусь!  Жди меня здесь.

 

       В досаде  я с размаху бросил пульт в металлическую дверь и вернулся назад.  Вставил карточку в щель,  но дверь не открывалась.  Эта сволочь заперлась изнутри!  Я забарабанил в дверь.

 

    - Линза,  открой!  Открой! ! !

 

       Никакой реакции.  Ну,  конечно,  он не откроет!  Что он,  дурак,  что ли открывать. Хитрая бестия,  хитрая!  Как же я так прокололся?  С этим пультом!  Подпрыгнув,  я схватился за вентиляционную решётку,  подтянулся и заглянул в помещение.  За столом,  спиной ко мне,  положив руки на голову,  сидел профессор.  Но,  что это?  Какие-то ноги….  Я подтянулся повыше,  и увидел лежащего на полу доктора Алекса.  Он лежал на спине  в луже крови,  глядя в потолок  остекленевшими глазами.

 

       А в груди его торчала рукоятка  большого скальпеля.

 

 

 

Аляска.   Лаборатория Билла.   День десятый.

 

       Проснулся от прикосновения к щеке  чего-то холодного и твёрдого.  Да это ж  я вчера гаечный ключ положил под подушку!  На всякий случай.

       Елена Михайловна предложила кофе; ещё нашла полпачки печенья.  И это вся наша еда,  не считая двух завалявшихся апельсинов.  Об убитом докторе мы старались не вспоминать – будто и не было вчерашнего события.  Но надо было  что-то делать,  искать какой-то выход.  В первую очередь  надо как-то обезопасить себя от этого маньяка.  Посмотрел на входную дверь.  Пришло в голову,  что Билл запросто может закрыть нас снаружи,  замуровав нас в этой камере.  Тут никого не дозовёшься!  Кричи - не кричи!  Отключит,  к примеру,  воду – и полные кранты!  Через неделю мы просто  умрём от жажды.  То,  что профессор окочурится раньше – утешало мало.

       Я вытащил все пустые ёмкости,  какие только были: бутылки,  банки,  чашки и наполнил их водой.  (Надо было ещё  вчера это сделать! ).  Потом достал из ящика с инструментом большой тюбик с клеем и выдавил его в щель замка  с обратной стороны двери.  Теперь Билл не сможет использовать магнитную карточку,  чтобы изолировать нас.

 

      Елену Михайловну мои манипуляции несколько озадачили.

 

    - Владимир,  что означают,  все эти приготовления?

 

    - Принимаю необходимые меры для  выживания.  Хочу исключить все возможные  негативные варианты  развития событий.

       

    - Владимир,  главное мы уже сделали.  Этот монстр не сможет никому больше угрожать!  Ни отдельным людям,  ни всему человечеству.  А обо мне ты не беспокойся.  Не цепляюсь я за жизнь!  Я своё уже отжила.   Родственников у меня нет,  друзей – тоже.  Все поумирали.  Мне и идти-то некуда.  Назад,  что ли,  в дом престарелых?  Кто же меня теперь туда возьмёт такую?!

 

    - Тебе,  Лена,  теперь не в дом престарелых  а,   в дом моделей.

 

    - Шутишь!  Я так для себя решила – если останемся в живых  -  уйду в монастырь.  Больше ничего не хочу от этой жизни!

 

    - Ничего,  Лена,  прорвёмся!  Сейчас схожу на разведку  и  посмотрю,  как там наш «благодетель» поживает.

 

       Выйдя в коридор,  я увидел вдали лежащего на полу человека.  Это был доктор Алекс.  Наверное,  Билл,  выволок его ночью,  чтобы не смердел.

       Я поразился своему отрешённому внутреннему состоянию.  Предполагается,  что в такой ситуации  любого нормального человека должен охватывать страх.  Но страха не было,  была лишь жалость,  щемящая жалость в сердце.  А ещё – мучительное ощущение непоправимости свершившегося.  Ведь что ни говори,  а в смерти доктора была большая доля и моей вины.

       Как я и думал,  дверь в лабораторию оказалась заперта изнутри.  Карточка не действовала.  Я схватился за вентиляционную решётку,  подтянулся и увидел дряхлого старика,  сидящего в кресле.  Я не сразу признал в этой древней развалине Билла,  а признав – ужаснулся.  Как же он постарел! 

       Профессор сидел за столом  перед стойкой с многочисленными пробирками.  Во рту он держал конец резинового жгута,  другой конец перетягивал его левое предплечье.   В руке у него находился шприц.  Он что-то сосредоточенно вводил себе в вену.  Спасает,  гад,  свою шкуру!

       Закончив процедуру,  профессор достал из куртки сотовый телефон и прокричал по-английски: «Завтра с утра жду вас!  Приезжайте втроём!» Потом  через паузу: «Да,  в среду… Сегодня не надо!  Сегодня я буду спать,  как убитый.  Буду восстанавливаться.  Отыщите повара Гарри,  его надо устранить».

       У меня затекли руки,  и я спустился на пол.  Неужели этот гад нашёл противоядие?  Похоже,  что нашёл. Он,  видите ли,  будет восстанавливаться!  Нашёл,  всё-таки,  гад, средство.  Для девочки,  вот,  не нашёл,  а для себя,  любимого,  -  постарался!

 

       Постоял ещё немного,  прислушиваясь – все тихо.  Надо идти к себе.  В голове все прокручивался телефонный разговор.

       Значит,  завтра  с утра  сюда заявятся трое насильников.  А сегодня они должны найти и устранить  сбежавшего повара.  Скорей всего,  чтобы Гарри не сообщил обо всём в полицию,  в том числе и об убийстве доктора.  А потом эти  киллеры явятся по наши души!  Нас  скрутят,  и профессор введёт свои чипы.  И тогда всё.  Конец!  У нас осталось  чуть меньше суток.  Это случится завтра,  в среду.

       Вдруг меня молнией пронзила мысль.  Он сказал: «Завтра,  в среду».  Сегодня же вторник!  Ведь по вторникам Смит чистит стекло в холле.  У меня забрезжила надежда.   Да – Смит последняя наша надежда.  

 

       Я,  как угорелый,  влетел в блок.

 

    - Лена,  где фотография Саманты?

 

    - Да на холодильнике,  под коробкой.  А  что случилось?

 

    - Потом  расскажу!  Нужно срочно составить текст на английском языке.  Переверни снимок и пиши на обратной стороне,  крупно:

 

САМАНТУ УБИЛ ПРОФЕССОР.

ОН ПРОВОДИЛ НАД НЕЙ ОПЫТЫ.

ВЗОРВИ НОЧЬЮ КУПОЛ.

МЫ В БЛОКЕ № 12.

 

    - Лена,  теперь быстро в холл!  Нам нужно успеть застать Смита Нельсона.

 

       Внезапно отворилась дверь,  и в гостиную ввалился Билл.  У меня будто что-то оборвалось внутри: «Ну,  всё  – приплыли!». 

       Вид профессора был ужасен.  Обезображенное глубокими морщинами восковое лицо,  страшный,  беззубый провал рта с кровоточивыми дёснами,  на голове – большая проплешина.   И только глаза – насмешливые,  серые глаза,  сверкающие стальным блеском сквозь линзы очков,  выдавали в этом дряхлом старце прежнего Билла.  В руке профессор держал револьвер. 

    - Прекрасно выглядишь,  Линза!  Тебя и не узнать!  А как чувствует себя уважаемый доктор Алекс со скальпелем в сердце?  Теперь ты решил и от нас избавиться?

 

    - Владик,  я не могу позволить себе такое удовольствие.  Я привык все дела доводить до конца.  Эксперимент ещё не закончен!  Этот револьвер не для вас – он для моей защиты.  Чтобы не придушили ненароком.

 

    - Твоя предусмотрительность,  Линза,  меня умиляет!

 

     - Да,  мои дорогие,  подопытные крысы,  я всё предусмотрел.  И участь твою,  Владик,  тоже.  Ещё,  когда в интернете общались.  Ты умрёшь экзотической смертью!  Как только закончится эксперимент.  Ведь ты хотел умереть от старости?  Не так ли?  А вот ты,  Елена,  станешь моей рабыней.  Вечной,  безропотной рабыней!  Будут мелькать годы,  десятилетия,  столетия,  а Елена Михайловна будет  всё так же варить мне кофе,  и всегда понимать меня с полуслова. Как,  впрочем,  и всё остальное человечество!  А вы думали,  я сдохну?  Недооценили вы меня!  Недооценили!  Неужели вы думали,  что я бы допустил,  чтобы вы пережили меня?  И прекрати следить за мной,  Владик!  Ещё раз сунешься к вентиляционной решётке – получишь пулю!  Ты зачем испортил замок?

 

     - Линза,  ты пришёл нас запереть?  Запирайся лучше сам.  Тебя скоро запрут в другом месте!  Думаю, что  ваши власти  по достоинству оценят твои деяния.  На сколько  это тянет  по вашим американским законам?  Думаю,  на электрический стул тянет,  никак не меньше!

 

     - Владик,  следи за моими губами.  Таких людей,  как я  не убивают!   Ты очень наивен.  Или истории не знаешь?  Вспомни,  хотя бы,  фон Брауна - знаменитого учёного фашистской  Германии.  Сколько тысяч англичан было убито его ракетами «Фау»?  Разве не был он военным преступником?  Разве не принимал участие в массовых убийствах,  пусть и опосредованно?  Да его руки по локоть в крови!  И ты думаешь,  его преследовали?  Или осудили?  Он плодотворно работал и прекрасно жил у нас в США.  В почёте и уважении!  Мы с его помощью и на Луну слетали.  А у меня потерь-то – всего  три человека!  Ну – четыре,  включая тебя!  Да и кто этот Браун  по сравнению со мной?  С учёным,  открывшим бессмертие?!  До завтра,  мои забавные крыски!  Завтра у вас начнётся новая жизнь!

 

       Билл подмигнул своим мутным глазом и вышел в коридор.  Немного выждав,  мы направились в холл.  Я мельком отметил  удаляющуюся  сутулую фигуру профессора,  -  он едва плёлся,   помахивая револьвером.  Нас он,  похоже,  не заметил.

       Зайдя в холл,  мы увидели уплывающего аквалангиста.  Меня охватило отчаяние – уплывала наша последняя надежда!  Я схватил горшок с «вечным цветком»  и изо всех сил метнул его в купол.  Ударившись о бронированное стекло,  горшок разбился вдребезги с оглушительным треском.  Пол усыпался землей и осколками керамики.  Аквалангист резко развернулся и поплыл нам навстречу. 

       Вскочив на стол,  я вытянул вверх руку и плотно прижал фотографию Саманты к стеклу купола.  Потом повернул её текстом.  Аквалангист поменял положение,  видимо,  текст оказался вверх ногами.  Я снова показал фото,  но Нельсон жестом попросил текст.  «Да читай же ты,  читай,  Смит!» Нельсон резко отстранился от купола.  Он всё понял!  Я слез со стола,  засунул за пазуху фотографию и облегченно вздохнул.  Успели-таки!

 

       Елена Михайловна стояла,  прижав руку к сердцу.

 

       Дверь в холл открылась,  и в проёме появился Билл.

 

    - Что вы тут творите?  Что за грохот?  А…а,  горшок разбили!   Истерике  предаётесь?!   Поняли,  наконец,  что вам крышка!

Он заметил вверху аквалангиста и яростно махнул кольтом.

 

     - Пошёл вон!  Вон отсюда!  И вы тоже – живо в свой блок!  Ну,  ничего,  завтра мне уже не придётся вас уговаривать.

 

       Смит бросил баллон и щётку и вскоре скрылся,  растворившись  в глубине.  Думаю,  что револьвер убедил его более в правдивости нашего сообщения,  чем сама фотография.  Во всяком случае,  это был сильный дополнительный аргумент.


Продолжение следует...

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.
Живое слово
Фотогалерея
Яндекс.Метрика