• Регистрация
МультиВход

Из будней незадачливого отца Евлампия

1. Когда отец Евлампий не был ещё отцом Евлампием, а был просто молодым человеком, отрастившим бороду, то ходил, по обыкновению, в баню, расположенную около тюрьмы.

Однажды шел он из бани со стороны тюрьмы. Навстречу - мужик, по виду, из бывалых. Поровнявшись с молодым человеком благообразной внешности, тот расплылся в благоговейной улыбке и спросил.

-- Ну, как там?

На что был ответ.

-- Жарко! Но места еще есть.

Тут молодой человек как-то догадался, что мужик спрашивал не про баню, приняв, видимо, его за священника, идущего из тюрьмы, и пояснил, что идет из бани...

-- Так что ж ты сразу не сказал?! -- возмутился мужик, проголосив на всю улицу.

2.

Как отец Евлампий стал отцом Евлампием?

А ехал он однажды в переполненной маршрутке, сидел, значит, на своем месте и никого не трогал. Залезает на остановке мужикан, с ним - дама в шикарном прикиде. Бычьим взором вперился в нашего пассажира: сопит, пялится и молчит. А перед выходом, нехотя уступая, как прорычит.

-- У-у, Евлампий!

3.

Пришел отец Евлампий на требу к больному.

-- Здравствуйте, -- говорит, -- меня зовут Евлампий.

-- Здрасьте, -- отвечает больной, -- а меня - Степан. А в детстве дураком называли.

-- Так и меня тоже! -- смеясь, решил подыграть больному отец Евлампий.

-- Ну, тогда, значит, мы тезки! -- не полез за словом в карман "тезка" отца Евлампия.

4.

Как-то, вскоре, после рукоположения отца Евлампия во иерея, отпустили его из Собора, где он проходил положенную практику, послужить в родном приходе, по прибытии на который, принял напутствие клирошан.

-- Главное, батюшка, чтобы люди смогли услышать ваше пастырское слово.

И новонареченный батюшка впервые тогда... сорвал голос.

5.

Во время первого в жизни отца Евлампия отпевания, совершенного им лично, люди обратились к нему с вопросом. И молодому батюшке пришлось позвонить настоятелю.

А дело-то было в том, что имя умершего, которое было в паспорте, совсем не было тем, которое было на самом деле. А то, которое было на самом деле, было тем, с которым крестили, и никто из присутствовавших на отпевании его не помнил. А кто думал, что помнил, на самом деле, помнил не то, которое, наверное, мог бы помнить умерший. Однако, сам умерший, естественно, этого подтвердить не мог. А поскольку родственники умершего были люди серьезные, и потребовали от священника серьезного же ответа, то, стало быть, и отцу Евлампию пришлось-таки позвонить.

6.

Как-то пригласили отца Евлампия соборовать очень старенькую бабушку, которая уже не разговаривала, и никто, даже врачи, не мог утвердительно засвидетельствовать, сохранилось ли у нее сознание. Она, просто, тихо лежала с созерцающим лицом мудреца, подкупающим своей спокойной сосредоточенностью, и, при этом, со взором, явно безразличным к окружающему.

Отец Евлампий был наслышан о ее благочестивом прошлом и помнил прежние свои визиты к ней, когда она еще что-то могла говорить.

Часа полтора, чинно и неторопливо, совершал батюшка положенное. Затем, пожелав бабушке и ее благодарным сродникам всего наилучшего, откланялся.

Однако, на выходе, обнаружив, что кое-что позабыл из вещей, он вернулся в комнату больной и встретился с... чудом!

Старушка, вдруг, медленно повернула свою маленькую головку, и загадочный взгляд мудреца в упор устремился на священника. Застигнутый врасплох неожиданным действом, батюшка начал что-то спутанно говорить. На что, степенно выслушав нелепые фразы, мудрец, подумав, ответствовал.

-- А у меня денег нет.

Выходя из комнатки, отец Евлампий с сожалением было подумал о том, что неужели это единственное из того, что запомнилось бедной женщине из былой ее церковной жизни, однако, тотчас постарался отогнать от себя столь мрачные и лукавые мысли.

Впрочем, однажды, не удержавшись, поделился этой мыслью с одной старейшей прихожанкой.

-- Да что вы, батюшка, -- улыбаясь, но с легкой укоризной в голосе, ответила прихожанка, -- просто, эта женщина, из последних сил, преодолевая свою немощь, как смогла, позаботилась о вас.

7.

Отец Евлампий недолюбливал собак и пьяненьких за то, что всегда к нему приставали.

Однажды группа приходских матушек пригласили его соборовать, где-то в частном секторе, несчастную больную, муж которой беспощадно пил. И батюшка обеспокоился, не помешают ли сему делу муж и, может быть, собаки, на что получил твердое удостоверение.

-- Собаку запрем в конуре, а мужа - в его комнате.

-- Ладно.

Наконец, облаянный собаками, предстал отец Евлампий перед страждущей. Но первым, с кем пришлось ему поздороваться в хозяйском доме, так это с хозяином, вырвавшимся-таки из хрупкого ограждения пожилых женщин. На тихое "здравствуйте" погрустневшего батюшки последовал безмолвный, но выразительный ответ лишившегося, от постоянных запоев, дара речи старичка, выражавшийся в знаменательном жесте, выглядевшем в виде рукопожатья правой и левой рук, поднятого на уровне лица. Означать это приветствие могло что угодно, от простого "все хорошо" и до чего-то, типа "спартак - чемпион".

Однако, началась служба. А приструненный матушками пьяненький вел себя хорошо.

И вот, священник читает -- матушки крестятся, батюшка поет -- крестятся, возглашает -- они крестятся. При виде всего этого, старичок забеспокоился и... тоже начал молиться.

Таким образом, все стало на свои места. Отец Евлампий возглашает.

-- Господу помолимся!

Матушки поют.

-- Господи, помилуй!

И старичок не отстает.

-- Спартак - чемпион!

Батюшка возгласно: "Господу помолимся!" Женщины протяжно: "Господи, помилуй!" Пьяненький безмолвно: "Спартак - чемпион!"

-- Господу помолимся!

-- Господи, помилуй!

-- Спартак - чемпион!

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите в систему для добавления комментариев к этой статье.
Живое слово
Фотогалерея
Яндекс.Метрика